Зеленый Крест | Край разрушенных усадеб
Зеленый Крест | Край разрушенных усадеб
1700
single,single-post,postid-1700,single-format-standard,ajax_updown_fade,page_not_loaded,

Край разрушенных усадеб

 

Край разрушенных усадеб

Добавил Natalia в Публикации 13 Дек 2008

Павел Лаврентьев 13.12.2008

В Санкт-Петербурге уже на протяжении трёх лет действует клуб «Зелёный журналист», проводящий для своих членов экскурсионные поездки загород c целью исследовать на практике проблемы экологии и историко-архитектурного наследия региона. В этом году журналисты решили осмотреть усадьбы, построенные в дореволюционное время, оценить их состояние, поделиться впечатлениями. Хочется добавить, что данные мероприятия проводятся благодаря экологической организации «Зелёный Крест» и при финансовой поддержке ГУП «Водоканал» и Росэнергоатома.

Первым пунктом назначения на пути журналистов стала Ропшинская Усадьба фаворита Екатерины II Графа Орлова, именующаяся в простонародье Ропша. Изначально Ропша принадлежала Петру I. За сто лет усадьба переходила из рук в руки, среди её владельцев стоит выделить одного из ближайших сподвижников Петра I Ромодановского, Григория Орлова, банкира и ювелира Лазарева. При нём Ропша обретает новое лицо: ведётся активное строительство по проекту архитекторов Антонио де ла Порто, а также Ю. Фельтена и Л. Руска. В конце XVIII в. усадьба переходит обратно в руки к Романовым, её владельцем становится император Павел.

Ропша не всегда была господской резиденцией, её использовали как бумажную фабрику, после революции на территории усадьбы открыт всесоюзный рыбный питомник и дом отдыха для высшей партийной номенклатуры.
Но ропшинское блистание завершилось в 1944 году, когда усадьба была выжжена фашистскими войсками. Сейчас имение представляет собой трёхэтажные руины с заросшим внутренним зимним садом, где собирается местная молодёжь выпить пиво. Парадный вход во дворец обнесён строительными лесами, но как видно ремонто-восстантовительным работам не суждено было начаться. Пруды, окружавшие дворец подверглись неизбежному заболачиванию, а пол в некоторых местах проваливается в подвал. О какой-либо штукатурке, лепнине и прочих признаках старины не стоит, и говорить – их нет. Крыша как таковая отсутствует. Самое яркое впечатление оставляет надпись неизвестного автора на разрушенных стенах: «Лишь теряя всё, обретаем свободу».
Попытки восстановить дворцово-парковый комплекс предпринимались в 2004 году: Орловскую усадьбу включили в Федеральную программу возрождения малых и средних городов России. В том же году итальянская В 2005 году итальянская компания Gruppo Pasit решила инвестировать в реставрацию Ропши десятки миллионов евро, причем только на возрождение дворца, по оценкам специалистов, требовалось не менее 40 млн евро. Для этого итальянцы создали ОАО «Ропша Инвест». Затем для выполнения проектно-изыскательных работ была подряжена РСП “Раритет”, эти работы были выполнены, и далее произошло самое неожиданное ОАО «Ропша Инвест» исчезло. На сегодняшний день Официальный портал Правительства Ленинградской области сообщает: «средства на восстановление и реставрацию усадьбы так и не были выделены».

Ропша

Далее «Панорама» посетила усадьбу Демидовых в Тайцах, выгодно отличающуюся по общему состоянию от Ропши. На въезде в усадьбу установлены готические ворота, левая половина которых частично обвалилась. Барский дом уже пустует несколько лет, поэтому неудивительно, что краска со стен слезла, во многих местах растёт лишайник со мхом. Венчающие вход в барский дом статуи львов давно истёрлись.
Уникальная система гидравлических сооружений – таицких и демидовских ключей загибается, превращаясь в огромное болото. Сам А. Демидов при участии инженера Поздеева и инженера-гидравлика Бауэра строил водную систему, долгое время питавшую царскосельские пруды по самотечному водоводу длиной 16 километров.
В советское время на территории усадьбы Демидовых функционировал санаторий, перепрофилированный в больницу, но в новой России больным не нашлось места среди фруктовых садов и бесценных ключей.

Тайцы

Следующей точкой невозврата на исторической карте области стала усадьба, «которой нет» – усадьба в Батово, принадлежавшая в разные года сначала декабристу Рылееву, а позже писателю Набокову. Почему её называют усадьбой, которой нет? От усадьбы осталось многолетнее наслоение грунта, из которого выступают наружу неясные кирпичные очертания главного строения вместе с вековыми срубами, да мощёная дорога, ведущая к берегу Оредежа. Вся прилегающая территория занята зданием Батовской администрации и птицефабрикой, разносящей зловонный запах сжигаемого куриного помёта.
Помимо остатков сооружения и мощёной дорожки напомнит нам о существовавшей усадьбе жалкий памятник Рылееву и строчки Набокова: «Так, бывало, купальщикам на приморском песке приносится мальчиком кое-что в кулачке. Все, от камушка этого с каймой фиолетовой до стеклышка матово-зеленоватого он приносит торжественно. Вот это Батово. Вот это Рождествено».
Местный житель Александр открыл «Панораме» небольшой секрет Батово, что якобы в прежней усадьбе в подвалах располагалась библиотека, и после разрушения всё книжное собрание дома Набокова и Рылеева до сих пор покоится под слоем грунта.
Своё мнение на этот счёт «Панораме» высказала заведующая научной библиотеки СПбГУ Нина Жерве:
« По-моему опыту навряд ли данная легенда может быть правдой, так как в большинстве случаев библиотеки в усадьбах находились либо в отдельных помещениях, либо в благоустроенных комнатах барских домов. Поэтому предположить, что такие хорошие хозяева взяли бы и поместили библиотеку в сырое помещение, как подвал, не предназначенное для хранения книг, практически невозможно».

Батово

Последним в списке посещения аварийного историко-культурного комплекса оказалась усадьба Елисеевых в Белогорке. Прекраснейшие неомодернистские постройки, сочетавшие в себе дух средневековой Европы и Древней Руси, принадлежали до революции семье Елисеевых, хотя ещё в XIXв. находилась в собственности почтамтского служащего Франца Белля. По окончании Великой Отечественной войны усадьбу передали на баланс Северо-Западному НИИ сельского хозяйства (ныне — Ленинградский научно-исследовательский институт сельского хозяйства Россельхозакадемии). После того как в непосредственной близости от дворца возвели четырёхэтажное административное здание дворец оказался заброшен и начал разрушаться. Затем начались чёрные страницы истории Елисеевской усадьбы. Первый пожар случился зимой 2002-2003 года, когда выгорела большая часть здания. После этого Елисеевский дворец горел ещё несколько раз, но самый заметный пожар был потушен в 2005 году.
Длительный период дворец так и простаивал подобно усадьбе Орловых, привлекая к себе внимание только местной молодёжи, желавшей некультурно отдохнуть. Правда, сейчас вся территория усадьбы перекрыта дорогим строительным забором, не позволяющим попасть на территорию стройки. Но «Панорама» всё-таки удалось проникнуть на охраняемую площадку и выяснить все подробности происходящих перетрубаций в Белогорке. В настоящий момент все следы пожара не устранены, хотя из дворца активно вывозится строительный мусор с последующим планом комплексной реставрации. Вышедший к журналистам сотрудник охранного предприятия пояснил, что сейчас дворец находится на реставрации и строительно-ремонтные работы идут непрерывно. Так же в «Панорама» поступила информация, что здание из ведения института передадут Союзу писателей России в Санкт-Петербурге.
«Панорама» обратился за разъяснением полученной информации в Союз писателей России, где получил следующий ответ от директора Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России Бориса Орлова:
«Нам не передавали в аренду усадьбу Елисеевых в Белогорке. Скажу более того, что у Союза в Санкт-Петербурге в принципе нет никакой собственности, поэтому это всего лишь попытка воспользоваться нашим именем, что, к сожалению, в последнее время случается часто».
Схожая реакция была у Директора Санкт-Петербургского отделения Литературного фонда Евгения Невякина:
«Мы не получали в аренду Белогорку. Единственное, что могу заметить – это факт наличия в ведении нашего фонда дом писателя в Комарово, который мы собственными силами, чтобы там могли жить писатели и проводиться культурные мероприятия. Планируем, что ремонт завершится в мае 2009 года».

Белогорка

Нельзя однозначно сказать, что положение с садово-парковыми комплексами в области ужасно, так как есть и такие положительные примеры заботы о историческом наследии: Музей-дом станционного смотрителя в Выре, усадьба «Рождествено» и т.д. Совсем недавно из ведения города Гатчины был передан Гатчинский дворец в распоряжения Правительства Санкт-Петербурга. Губернатор Валентина Матвиенко, приехавшая в Гатчину, обрадовала сотрудников музея: в этом году в бюджете на реставрацию дворцового комплекса заложено сто миллионов рублей, а в 2009 году выделят на восстановительные работы 250 миллионов рублей. Но расслабляться не стоит, так как десятки усадеб по всей Ленинградской области требуют восстановления.

Сергей Васильев специалист по охране памятников архитектуры, помощник депутата ЗАКСа от фракции «СР» Алексея Ковалёва:
«В СССР контроль за состоянием памятников старины был целиком в руках государства. Существовали технические службы, обследовавшие здания на предмет их аварийности или для сооружения новых объектов, определяли целесообразность ремонта и сноса. Решения эти были иногда чисто техническими, а иногда идеологическими – например, снос бывшей церкви, или допустим памятника, не представлявшего ценности с точки зрения Ленгорисполкома — тогда принималось решение о его ликвидации. Когда мы занялись общественной деятельностью по защите памятников старины, шел 1986-й год – перестройка, но все советские структуры работали в полную силу, мы поначалу плохо представляли себе весь спектр задач, с которыми придется сталкиваться, в основном апеллировали к Горисполкому, к Обкому, в Москву. Естественно, приходилось жестко дискутировать с партией и комсомольской организацией, которые на уровне города принимали нас как общественное движение, требующее какой-то реакции сверху. Наше движение было низовым, неподконтрольным, и это было впервые. Наша организация созданная Алексеем Ковалёвым вместе со мной, называлась Группа спасения памятников, и туда влились как профессионалы, так и просто неравнодушные люди в основном из научной, творческой интеллигенции, а так же неформальная молодёжь.
Основное отличие прежней ситуации с памятниками от нынешней – это отсутствие интересов частного капитала. Если раньше за очень неприятными проблемами, сносами и варварским ремонтом ценных памятников стояли государственные организации, и порой достаточно было публично доказать их неправоту, то сейчас всё куда сложнее: общественности надо обращаться в суды, опротестовывать технические и историко-культурные экспертизы, заказанные частным инвестором, поскольку такие экспертизы как правило обслуживают цели того кто платит. Конечно, необходимо разнообразить формы давления на власть, организовывая разные общественные акции, компании в СМИ.
Это то, что было раньше. Касаемо сегодняшнего дня можно привести пример Гатчинского дворца. По поводу него я могу сказать с достаточной долей вероятности, что передать дворец на баланс Санкт-Петербургу было грамотное решение; действительно государству следует брать на себя бремя такого рода затрат. Вообще это дискуссионный вопрос, что делать с огромным количеством разбросанных по глухим уголкам России памятников, например с многострадальными, катастрофически разрушающимися бывшими усадьбами в Ленобласти: отдавать в частные руки или требовать от государства взять всё под свою руку. В одних случаях уместно отдать в частные руки при законодательном сопровождении всего процесса, подписать охранные обязательства и следить за их выполнением, поэтому много чего стоит отдать в частные руки. Но ведь сейчас у областного ГИОПа просто нет сил и средств следить за выполнением обязательств, максимум на что их хватает – фиксировать нарушения или разрушения.
Я думаю, что государство обязано контролировать процессы, происходящие вокруг памятников старины. Отдать архитектурное наследие в частные руки и успокоиться – это абсолютно неправильный подход. Сохранение культурного наследия — прерогатива государства, Россией подписаны соответствующие международные конвенции, и поддержка культуры должна быть важнейшим государственным приоритетом.

Извините, обсуждение на данный момент закрыто.